Народная сказка №191 — эпизод 3 из 6
Захотелось Мартынке жениться, пристал он к матери, посылает ее свахою: «Ступай,— говорит,— к самому королю, высватай за меня прекрасную королевну».— «Эх, сынок,— отвечает старух…
Выбирайте народные и авторские сказки по возрасту, теме и традиции. У каждого текста сохраняются источник и история обработки.
Захотелось Мартынке жениться, пристал он к матери, посылает ее свахою: «Ступай,— говорит,— к самому королю, высватай за меня прекрасную королевну».— «Эх, сынок,— отвечает старух…
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был Иван-царевич. У него было три сестры: одна Марья-царевна, другая Ольга-царевна, третья Анна-царевна. Отец и мать у них помер…
Бывал-живал старик со старухой; у них был сын Мартышка, а работы никакой не работал, отец никуда его нарядить не может, и с того отдал он сына своего Мартышку в солдаты. Мартышк…
Немцы прицепились к этому слову. — Ты откуда это знаешь? Панкрат объясняет: в народе так сказывали. Немцы свое: — Скажи, кто говорил. Панкрат подумал — еще подведешь кого ненаро…
Богдыхан Дзин-Ла-О, мудрый и справедливый правитель Пекина, решает, кто является величайшим злодеем в городе. Его приближённые три дня и три вечера обходят Пекин, но только обнаруживают, что весь город ругает гусляра Тзянь-Фу, называя его «злодеем», «негодяем» и «мошенником». Богдыхан сам проверяет ситуацию, посещая разные места города, и убеждается, что люди ругают Тзянь-Фу за то, что он играет на гуслях, но не за какие-либо преступления. В итоге он понимает, что люди обсуждают его игру, и запрещает дальнейшие ругательства, считая, что Тзянь-Фу не совершает преступлений, а просто играет на гуслях.
Орел взвился за тучи и с разлету ударил грудью в одно дерево: дуб раскололся надвое. «Ну, купец, добрый молодец,— говорит орел,— не собрался я с прежнею силою, корми меня еще кр…
Как теперь, дитятко, ты это дело рассудишь?» Отвечает он: «Мать ты моя, родительница! Не сумневайся, молись спасу, выпей квасу да ложись спать; утро вечера мудренее». Сам добрый…
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был помещик, жил и на свет глядючи радовался. Всего у него было довольно: и крестьян, и хлеба, и скота, и земли, и садов. И был …
Иван-царевич надел перстень — их не стало; пошел в свое царство, приходит в тот город, где жил его отец и братья, остановился у одной старушки и спрашивает: — Что, бабушка, ново…
Подумала так и давай переодеваться. Не утерпела, погляделась в воду и говорит: — Не может того быть, чтоб ни одного дитенка не выкормить. Не в одном городе да Шарташе люди живут…
И сейчас же на печь залез. Баушка еще поворчала маленько, спросила — с кем ходил да почему не сказался, потом и наказывает: — Ты потоньше расстели. По всей печке! Васютке того и…
Орел, который вначале воспринимался как великий поэт, создает дворню для просвещения, но в результате учителей и учеников, включая снегиря, дятеля и соловья, приводят к хаосу и разрушению системы. В конечном итоге орел осознает, что просвещение для орлов вредно, и учителя уходят, оставляя его и орлицу в одиночестве.
Да, он дошел и до этого; он бился теперь с какими-то причинами высшими, о которых прежде и не задумался бы. В сознании своем и по совести он называл высшими все «причины», над к…
Петька перестал казаться таким ненавистным. «Он, может, нечаянно. Сорвалась рука, — мне и попало по носу». Так и вышло. Все мои товарищи сейчас же безоговорочно помирились со мн…
Люблю тебя нездешней страстью, Как полюбить не можешь ты: Всем упоением, всей властью Бессмертной мысли и мечты. В душе моей, с начала мира, Твой образ был напечатлен, Передо мн…
Был еще на руднике такой случай. В одном забое пошла руда со шлифом. Отобьют кусок, а у него, глядишь, какой-нибудь уголышек гладехонек. Как зеркало блестит, глядись в него — ко…
Заслышав эти тихие всхлипыванья, Трезорка, с своей стороны, поднимал такой неистовый и, так сказать, характерный вой, что хозяин, понимая его значение, сам спешил на выручку сво…
Жил-был царь, у него была дочь, царевна Неоцененная Красота, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Царь сделал клич по всем городам: кто поцелует царевну через двенадцать с…
Иные из мужиков сомневаются: — Что баба знает? — То, — отвечает, — и знает, что мужику ведомо, а когда и больше. Поспорили маленько мужики, потом и говорят: — Верно, птаха Дунях…
Лежит на поле лошадиный остов. Прибежала мышка-норушка и спрашивает: — Теремок-теремок! Кто в тереме живет? Никто не отзывается. Вот она и вошла и стала жить в лошадином остове.…
На другой день дома остался Иван Поваренко, а те на охоту поехали. Наварил обедать, сел на лавке и курит трубку — аж едет дед в ступе, толкачом подпирается, под ним ковета на се…
Никогда не потухнет этот огненный шар, который от зари до зари льет на Конягу потоки горячих лучей; никогда не прекратятся дожди, грозы, вьюги, мороз... Для всех природа — мать,…
Зодчий сделал еще глоток из фляги незнакомца, и от волшебного зелья его бросило из озноба в жар и храбрости в груди, в самом деле, прибавилось. -- О чем договор ваш? -- спросил …
С той поры эту шахту и стали так звать. На прежнюю она, понятно, нисколько не походит. По-новому все устроено. Ну, да ладно. Не про это разговор. Про другого немца в голове держ…
В один прекрасный июньский день, - а прекрасный он был потому, что было двадцать восемь градусов по Реомюру, - в один прекрасный июньский день было везде жарко, а на полянке в с…
Оноха и привязался к этому слову: — Какой-такой рудяной перевал? Не малые дети мы, чтоб твои сказки слушать. Выдумываешь вовсе несуразное! — Нет, — отвечает, — не выдумка, а мог…
Тогда пальма принялась расти. И прежде посетители оранжереи удивлялись ее огромному росту, а она становилась с каждым месяцем выше и выше. Директор ботанического сада приписывал…
Наконец она устала. «Ну, Иван, — ему сказала, — Коль умел ты усидеть, Так тебе мной и владеть. Дай мне место для покою Да ухаживай за мною, Сколько смыслишь. Да смотри: По три у…
Над морем красавица-дева сидит; И, к другу ласкаяся, так говорит: Достань ожерелье, спустися на дно; Сегодня в пучину упало оно! Ты этим докажешь свою мне любовь! Вскипела лихая…
По-прежнему около него сидела сестра, но уже не у окна, а у его постели; она читала книгу, но не для себя, а вслух ему, потому что ему было трудно поднять свою исхудалую голову …