Рудяной перевал — эпизод 4 из 4
Оноха и привязался к этому слову: — Какой-такой рудяной перевал? Не малые дети мы, чтоб твои сказки слушать. Выдумываешь вовсе несуразное! — Нет, — отвечает, — не выдумка, а мог…
Выбирайте народные и авторские сказки по возрасту, теме и традиции. У каждого текста сохраняются источник и история обработки.
Оноха и привязался к этому слову: — Какой-такой рудяной перевал? Не малые дети мы, чтоб твои сказки слушать. Выдумываешь вовсе несуразное! — Нет, — отвечает, — не выдумка, а мог…
Это ведь не скоро разберешь, где старое кончается, где новое начинается. Иное будто вчера делано, а думка от дедов-прадедов пришла. Не разделишь концы-то. Недавно вон у нас на з…
Начальство эти слова насмех подняло: — Зря, дед, гордишься. Твоего в том деле одна привычка. Все остальное в книжках написано, да у нас в заводском секрете еще запись аносовская…
Вскоре потом собрались они в путь-дорогу и поехали в государство Ивана-царевича. Ехали, ехали и остановились в чистом поле отдыхать. Ненаглядная Красота спать легла, а Иван-царе…
Подъехавши к дочери, он нашел ее живую, на ней шубу хорошую, фату дорогую и короб с богатыми подарками. Не говоря ни слова, старик сложил все на воз, сел с дочерью и поехал домо…
Если бы ты, тётушка, баньку мне истопила и с твоей дочерью в неё пустила. Вот вдова баню жарко-разжарко натопила и его с прекрасною Дунею туда проводила. Дуня такая же, как мать…
Помещик, глупый и неопытный, после молитвы бога о том, чтобы мужики ушли с его владений, начинает жить в изоляции, устраивает театр, играет в гранпасьянс и думает о создании идеального хозяйства. Однако его непреклонность приводит к исчезновению крестьян, уничтожению податей и разрушенной экономики, в конечном итоге превращая его в дикаря, который ведет себя как зверь. После этого его ловят и возвращают в нормальную жизнь.
Дурак и слышать не хочет, не берет денег: «А коли вам полюбился мой олень, я, пожалуй, за него недорого возьму: с руки по мизинцу». Вот они подумали, подумали и согласились, сня…
Ушел он семейным человеком, а вернулся бобылем. Тогда половина народу в Чалпане вымерла: холера прошла на Колву с Камы, куда уходили на сплавы чалпанские мужики. Они и занесли с…
За тридевять земель, в тридесятом государстве жил-был царь с царицею; детей у них не было. Поехал царь по чужим землям, по дальним сторонам; долгое время дома не бывал; на ту по…
Посадили царевну вместе с сыном в бочку, заколотили, засмолили и бросили в океан-море широкое. Долго носило бочку по морю, наконец прибило к берегу; стала бочка на мель. А сын М…
Изобрази лучше всех нас и себя на полотне в виде дивной картины. Ведь ты, наверное, владеешь кистью. -- Нет, лучше сойди с твоего трона и станцуй нам. Ты, без сомнения, умеешь о…
Великий визирь Тегерана, у которого появляется слух, что он — вор, в итоге обнаруживает, что его мудрость не может решить проблему. После того как учитель Садрай, который в лесу учит птиц говорить «Великий визирь — вор», становится объектом казни, визирь понимает, что его имя стало прозвищем для воров. В конце концов, он решает, что единственное средство — перестать красть, чтобы не усугублять ситуацию.
Чижа захлопнула злодейка-западня: Бедняжка в ней и рвался, и метался, А Голубь молодой над ним же издевался. «Не стыдно ль», говорит: «средь бела дня Попался! Не провели бы так …
Где кольнет иглой раз — цветок зацветет, где кольнет другой раз — хитрые узоры идут, где кольнет третий — птицы летят… Солнышко еще не взошло, а ковер уж готов. Вот пришли все т…
В некотором царстве жил-был купец. Двенадцать лет жил он в супружестве и прижил только одну дочь, Василису Прекрасную. Когда мать скончалась, девочке было восемь лет. Умирая, ку…
Баба-яга наелась, стала ложиться спать и опять дала приказ Василисе: «Завтра сделай ты то же, что и нынче, да сверх того возьми из закрома мак да очисти его от земли по зернышку…
В одном месте у мужика было семь сынов, семь Семенов — все молодец молодца лучше, а такие лентяи, неработицы — по всем свете поискать! Ничего не делали. Отец мучился-мучился с н…
Наутро баба-яга опять уехала в ступе со двора, а Василиса с куколкой всю работу тотчас исправили. Старуха воротилась, оглядела все и крикнула: "Верные мои слуги, сердечные други…
Между тем кухарка вне себя была от досады! — Руммаль пойс! — кричала она. — Вотта я паду кассаину и пошалюсь. Шорна курис нада режить... Он леннива... он яишка не делать, он сып…
То оно блестит, будто стекло, то вдруг полиняет, а то алмазной осыпью засверкает, либо скрасна медным станет, потом опять шелком зеленым отливает. Идут-идут, остановилась она. —…
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь на гладком месте, словно на скатерти, сроду не имел у себя детей. Пришел до него нищий. Царь его пытает: «Не знаешь ли …
Акинтий знай посмеивается. — На мертвого-то что хошь скажи. А только родитель-покойничек не дурак был, чтоб эдакое место, с которого весь сплав по реке зачинается, из своих рук …
Был в Полевой приказчик — Северьян Кондратьич. Ох, и лютой, ох и лютой! Такого, как заводы стоят, не бывало. Из собак собака. Зверь. В заводском деле он, слышь-ко, вовсе не мара…
Деревня Шалайка засела в страшной лесной глуши, на высоком берегу реки Чусовой. Колесная дорога кончалась в Шалайке, а дальше уже некуда было и ехать. Да никто и не приезжал в Ш…
А сама волчком да волчком — сарафанчик пузырем. Когда ростом с Федюнькой выровнялась, полянка в снегу вовсе большая стала, а на березе птички запели. Жарынь, как в самый горячий…
Не видала ты на миру людей, в темном лесе зверей; этакие ли богатыри на белом свете водятся!» Тем временем царские зятья из лесов, из дубровы воздымалися, в чистом поле собирали…
Не одни мраморски на славе были по каменному-то делу. Тоже и в наших заводах, сказывают, это мастерство имели. Та только различка, что наши больше с малахитом вожгались, как его…
На другой день стал Степан работать, а малахит так и отлетает, да еще королек с витком попадать стали, а у того — у племянника-то, — скажи на милость, ничего доброго нет. Все об…
Что ты, мама, беспрестанно О сестрице всё твердишь? В лучшем мире наша Зоя, Ты сама нам говоришь. Ах, я знаю, в лучшем мире! Но в том мире нет лугов, Ни цветов, ни трав душистых…