Еще мама — эпизод 2 из 3

Сначала он бежал по тропинке возле плетня, да оттуда какой-то зверь дыхнул на него горячим духом и сказал: Ффур-фурчи! Не трожь меня: мне некогда! ответил Артем и выбежал на середину улицы. На дворе школы сидели ребята. Их Артем не знал, они пришли из другой деревни, должно быть, они учились давно и были все умные, потому что Артем не понимал, что они говорили. А ты знаешь жирный шрифт? Ого! сказал мальчик из другой деревни. А еще двое говорили: Нам хоботковых насекомых Афанасий Петрович показывал! А мы их прошли уже. Мы птиц учили до кишок! Вы до кишок только, а мы всех птиц до перелета проходили. А я ничего не знаю, подумал Артем, я только маму люблю! Убегу я домой! Зазвенел звонок. На крыльцо школы вышла учительница Аполлинария Николаевна и сказала, когда отзвенел звонок: Здравствуйте, дети! Идите сюда, идите ко мне. Все ребята пошли в школу, один Артем остался во дворе. Аполлинария Николаевна подошла к нему: А ты чего? Оробел, что ли? Я к маме хочу, сказал Артем и закрыл лицо рукавом. Отведи меня скорее ко двору. Нет уж, нет! ответила учительница. В школе я тебе мама! Она взяла Артема под мышки, подняла к себе на руки и понесла. Артем исподволь поглядел на учительницу: ишь ты, какая она была, она была лицом белая, добрая, глаза ее весело смотрели на него, будто она играть с ним хотела в игру, как маленькая. И пахло от нее так же, как от матери, теплым хлебом и сухою травой. В классе Аполлинария Николаевна хотела было посадить Артема за парту, но он в страхе прижался к ней и не сошел с рук. Аполлинария Николаевна села за стол и стала учить детей, а Артема оставила у себя на коленях. Эк ты, селезень толстый какой на коленях сидит! сказал один мальчик. Я не толстый! ответил Артем. Это меня орел укусил, я раненый. Он сошел с коленей учительницы и сел за парту. Где? спросила учительница. Где твоя рана? Покажи-ка ее, покажи! А вот тута! Артем показал ногу, где гусак его защемил. Учительница оглядела ногу. До конца урока доживешь? Доживу, обещал Артем. Артем не слушал, что говорила учительница на уроке. Он смотрел в окно на далекое белое облако; оно плыло по небу туда, где жила его мама в родной их избушке. А жива ли она? Не померла ли от чего-нибудь, вот бабушка Дарья весною враз померла не чаяли не гадали. А может быть, изба их без него загорелась, ведь Артем давно из дома ушел, мало ли что бывает. Учительница видела тревогу мальчика и спросила у него: А ты чего, Федотов Артем, ты чего думаешь сейчас? Почему ты меня не слушаешь? Я пожара боюсь, наш дом сгорит. Не сгорит. В колхозе народ смотрит, он потушит огонь. Без меня потушат? спросил Артем. Без тебя управятся. После урока Артем первым побежал домой. Подожди, подожди, сказала Аполлинария Николаевна. Вернись назад, ты ведь раненый. А ребята сказали: Эк, какой, инвалид, а бегает! Артем остановился в дверях, учительница подошла к нему, взяла его за руку и повела с собою. Она жила в комнатах при школе, только с другого крыльца. В комнатах у Аполлинарии Николаевны пахло цветами, тихо звенела посуда в шкафу, и всюду было убрано чисто хорошо. Аполлинария Николаевна посадила Артема на стул, обмыла его ногу теплой водой из таза и перевязала красное пятнышко щипок гусака белою марлей. А мама твоя будет горевать! сказала Аполлинария Николаевна. Вот горевать будет! Не будет! ответил Артем. Она оладьи печет! Нет, будет. Эх, скажет, зачем Артем в школу нынче ходил? Ничего он там не узнал, а пошел учиться значит, он маму обманул, значит, он меня не любит, скажет она и сама заплачет. И правда! испугался Артем. Правда. Давай сейчас учиться. Чуть-чуть только, сказал Артем. Ладно уж: чуть-чуть, согласилась учительница. Ну, иди сюда, раненый. Она подняла его к себе на руки и понесла в класс. Артем боялся упасть и прильнул к учительнице. Снова он почувствовал тот же тихий и добрый запах, который он чувствовал возле матери, а незнакомые глаза, близко глядевшие на него, были несердитые, точно давно знакомые. Не страшно, подумал Артем. В классе Аполлинария Николаевна написала на доске одно слово и сказала: Так пишется слово мама. И велела писать эти буквы в тетрадь. А это про мою маму?