Булат-молодец ухватил дуб могучими руками и с корнем вырвал; достал из-под дуба сундук, открыл его - из сундука заяц выскочил и побежал что есть духу. "Ах, - вымолвил Иван-царевич, - если б на эту пору да собака была, она б зайца поймала!" Глядь - а собака уж тащит зайца. Булат-молодец взял его разорвал - из зайца вылетела утка и высоко поднялась в поднебесье. "Ах, - вымолвил Иван-царевич, - если б на эту пору да орел был, он бы утку поймал!" А орел уже несет утку. Булат-молодец разорвал утку - из утки выкатилось яйцо и упало в море. "Ах, - сказал царевич, - если б рак его вытащил!" А рак уж ползет, яйцо тащит. Взяли они яйцо, приехали к Кощею Бессмертному, ударили его тем яйцом в лоб - он тотчас растянулся и умер. Брал Иван-царевич Василису Кирбитьевну, и поехали в дорогу.
Ехали-ехали, настигла их темная ночь; раскинули шатер, Василиса Кирбитьевна спать легла. Говорит Булат-молодец: "Ложись и ты, царевич; а я буду на часах стоять". В глухую полночь прилетели двенадцать голубиц, ударились крыло в крыло и сделались двенадцать девиц: "Ну, Булат-молодец да Иван-царевич, убили вы нашего брата Кощея Бессмертного, увезли нашу невестушку Василису Кирбитьевну; не будет и вам добра: как приедет Иван-царевич домой, велит вывести свою собачку любимую; она вырвется у псаря и разорвет царевича на мелкие части; а кто это слышит да ему скажет, тот по колена будет каменный!" Поутру Булат-молодец разбудил царевича и Василису Кирбитьевну, собрались и поехали в путь-дорогу.
Настигала их вторая ночь: раскинули шатер в чистом поле. Опять говорит Булат-молодец: "Ложись спать, Иван-царевич, а я буду караулить". В глухую полночь прилетели двенадцать голубиц, ударились крыло в крыло и стали двенадцать девиц: "Ну, Булат-молодец да Иван-царевич, убили вы нашего брата Кощея Бессмертного, увезли нашу невестушку Василису Кирбитьевну; не будет и вам добра: как приедет Иван-царевич домой: велит вывести своего любимого коня, на котором сызмала привык кататься; конь вырвется у конюха и убьет царевича до смерти. А кто это слышит да ему скажет, тот будет по пояс каменный!" Настало утро, опять поехали.
Настигала их третья ночь; разбили шатер и остановились ночевать в чистом поле. Говорит Булат-молодец: "Ложись спать, Иван-царевич, а я караулить буду". Опять в глухую полночь прилетели двенадцать голубиц, ударились крыло в крыло и стали двенадцать девиц: "Ну, Булат-молодец да Иван-царевич, убили вы нашего брата Кощея Бессмертного, увезли нашу невестушку Василису Кирбитьевну, да и вам добра не нажить: как приедет Иван-царевич домой, велит вывести свою любимую корову, от которой сызмала молочком питался, она вырвется у скотника и поднимет царевича на рога. А кто нас видит и слышит да ему скажет, тот весь будет каменный". Сказали, обернулись голубицами и улетели.
Поутру проснулся Иван-царевич с Василисой Кирбитьевной и отправились в дорогу. Приехал царевич домой, женился на Василисе Кирбитьевне и спустя день или два говорит ей: "Хочешь, я покажу тебе мою любимую собачку? Когда я был маленький - все с ней забавлялся". Булат-молодец взял свою саблю, наточил остро-остро и стал у крыльца. Вот ведут собачку; она вырвалась у псаря, прямо на крыльцо бежит, а Булат-молодец махнул саблею и разрубил ее пополам. Иван-царевич на него разгневался, да за старую службу промолчал - ничего не сказал. На другой день приказал он вывесть своего любимого коня; конь перервал аркан, вырвался у конюха и скачет прямо на царевича. Булат-молодец отрубил коню голову. Иван-царевич еще пуще разгневался, приказал было схватить его и повесить, да Василиса Кирбитьевна упросила: "Если б не он, - говорит, - ты бы меня никогда не достал!" На третий день велел Иван-царевич вывесть свою любимую корову; она вырвалась у скотника и бежит прямо на царевича. Булат-молодец отрубил и ей голову.
Тут Иван-царевич так озлобился, что никого и слушать не стал; приказал позвать палача и немедленно казнить Булата-молодца.