Летучий корабль — эпизод 2 из 3

Летели-летели, видят — идет по дороге человек, идет на одной ноге, а другая нога к уху привязана. — Здорово, дядюшка! — Здорово, молодец! — Что это ты на одной ноге скачешь? — Да если я другую ногу отвяжу, так за три шага весь свет перешагну! — Вот ты какой быстрый! Садись к нам. Скороход отказываться не стал, взобрался на корабль, и полетели они дальше. Много ли, мало ли пролетели, глядь — стоит человек с ружьем, целится. А во что целится — неведомо. — Здорово, дядюшка! В кого это ты целишься — ни зверя, ни птицы кругом не видно. — Экие вы! Да я и не стану близко стрелять. Целюсь я в тетерку, что сидит на дереве верст за тысячу отсюда. Вот такая стрельба по мне. — Садись с нами, полетим вместе! Сел и Стреляло, и полетели все они дальше. Летели они, летели и видят: идет человек, несет за спиною большущий мешок хлеба. — Здорово, дядюшка! Куда идешь? — Иду добывать хлеба себе на обед. — На что тебе еще хлеб? У тебя и так полон мешок! — Что тут! Этот хлеб мне в рот положить да проглотить. А чтобы досыта наесться, мне надобно сто раз по столько! — Ишь ты какой! Садись к нам в корабль, полетим вместе. Сел и Объедало на корабль, полетели они дальше. Над лесами летят, над полями летят, над реками летят, над селами да деревнями летят. Глядь: ходит человек возле большого озера, головой качает. — Здорово, дядюшка! Что это ты ищешь? — Пить хочется, вот и ищу, где бы напиться. — Да перед тобой целое озеро. Пей в свое удовольствие! — Да этой воды мне всего на один глоточек станет. Подивился дурень, подивились его товарищи и говорят: — Ну, не горюй, найдется для тебя вода. Садись с нами на корабль, полетим далеко, будет для тебя много воды! Опивало сел в корабль, и полетели они дальше. Сколько летели — неведомо, только видят: идет человек в лес, а за плечами у него вязанка хвороста. — Здорово, дядюшка! Скажи ты нам: зачем это ты в лес хворост тащишь? — А это не простой хворост. Коли разбросать его, тотчас целое войско появится. — Садись, дядюшка, с нами! И этот сел к ним. Полетели они дальше. Летели-летели, глядь: идет старик, несет куль соломы. — Здорово, дедушка, седая головушка! Куда это ты солому несешь? — В село. — А разве в селе мало соломы? — Соломы много, а такой нету. — Какая же она у тебя? — А вот какая: стоит мне разбросать ее в жаркое лето — и станет враз холодно: снег выпадет, мороз затрещит. — Коли так, правда твоя: в селе такой соломы не найдешь. Садись с нами! Холодило взобрался со своим кулем в корабль, и полетели они дальше. Летели-летели и прилетели к царскому двору. Царь в ту пору за обедом сидел. Увидел он летучий корабль и послал своих слуг: — Ступайте спросите: кто на том корабле прилетел — какие заморские царевичи и королевичи? Слуги подбежали к кораблю и видят — сидят на корабле простые мужики. Не стали царские слуги и спрашивать у них: кто таковы и откуда прилетели. Воротились и доложили царю: — Так и так! Нет на корабле ни одного царевича, нет ни одного королевича, а все черная кость — мужики простые. Что прикажешь с ними делать? «За простого мужика нам дочку выдавать зазорно, — думает царь. — Надобно от таких женихов избавиться». Спросил он у своих придворных — князей да бояр: — Что нам теперь делать, как быть? Они и присоветовали: — Надо жениху задавать разные трудные задачи, авось он их и не разгадает. Тогда мы ему от ворот поворот и покажем! Обрадовался царь, сейчас же послал слуг к дурню с таким приказом: — Пусть жених достанет нам, пока наш царский обед не кончится, живой и мертвой воды! Задумался дурень: — Что же я теперь делать буду? Да я и за год, а может быть, и весь свой век не найду такой воды. — А я на что? — говорит Скороход. — Мигом за тебя справлюсь. Отвязал он ногу от уха и побежал за тридевять земель в тридесятое царство. Набрал два кувшина воды живой и мертвой, а сам думает: «Времени впереди много осталось, дай-ка малость посижу — успею к сроку возвратиться!» Присел под густым развесистым дубом, да и задремал... Царский обед к концу подходит, а Скорохода нет как нет. Загоревали все на летучем корабле — не знают, что и делать. А Слухало приник ухом к сырой земле, прислушался и говорит: — Экой сонливый да дремливый! Спит себе под деревом, храпит вовсю! — А вот я его сейчас разбужу! — говорит Стреляло. Схватил он свое ружье, прицелился и выстрелил в дуб, под которым Скороход спал. Посыпались с дуба желуди — прямо на голову Скороходу. Проснулся тот. — Батюшки, да, никак, я заснул! Вскочил он и в ту же минуту принес кувшины с водой: — Получайте! Встал царь из-за стола, глянул на кувшины и говорит: — А может, эта вода не настоящая? Поймали петуха, оторвали ему голову и спрыснули мертвой водой. Голова вмиг приросла. Спрыснули живой водой — петух на ноги вскочил, крыльями захлопал, «ку-ка-реку!» закричал. Досадно стало царю. — Ну, — говорит он дурню, — эту мою задачу ты выполнил. Задам теперь другую! Коли ты такой ловкий, съешь со своими сватами за один присест двенадцать быков жареных да столько хлебов, сколько в сорока печах испечено! Опечалился дурень, говорит своим товарищам: — Да я и одного хлеба за целый день не съем! — А я на что? — говорит Объедало. — Я и с быками и с хлебами их один управлюсь. Еще мало будет! Велел дурень сказать царю: — Тащите быков и хлебы. Будем есть! Привезли двенадцать быков жареных да столько хлебов, сколько в сорока печах испечено. Объедало давай быков поедать — одного за другим. А хлебы так в рот и мечет каравай за караваем. Все возы опустели. — Давайте еще! — кричит Объедало. — Почему так мало припасли?