Лягушка-путешественница — эпизод 2 из 2

У лягушки захватило дух от страшной высоты, на которую ее подняли; кроме того, утки летели неровно и дергали прутик; бедная квакушка болталась в воздухе, как бумажный паяц, и изо всех сил стискивала свои челюсти, чтобы не оторваться и не шлепнуться на землю. Однако она скоро привыкла к своему положению и начала осматриваться. Под нею быстро проносились поля, луга, реки и горы, которые ей, впрочем, было очень трудно рассмотреть, потому что, вися на прутике, она смотрела назад и немного вверх, но кое-что все-таки видела и радовалась и гордилась. — Вот как я превосходно придумала, — думала она про себя. А утки летели вслед за несшей ее передней парой, кричали и хвалили ее: — Удивительно умная голова наша лягушка, — говорили они. — Даже между утками мало таких найдется. Она едва удержалась, чтобы не поблагодарить их, но, вспомнив, что, открыв рот, она свалится с страшной высоты, еще крепче стиснула челюсти и решилась терпеть. Утки летели над сжатыми полями, над пожелтевшими лесами и над деревнями, полными хлеба в скирдах; оттуда доносился людской говор и стук цепов, которыми молотили рожь. Люди смотрели на стаю уток и, заметив на ней что-то странное, указывали на нее руками. — Смотрите, смотрите! — кричали в одной деревне. — Утки лягушку несут! Лягушка слышала это, и у нее прыгало сердце. — Смотрите, смотрите! — кричали в другой деревне. — Экое чудо! — Знают ли они, что это придумала я, а не утки? — подумала квакушка. — Смотрите, смотрите! — кричали в третьей деревне. — Что за чудо! И кто это придумал такую хитрую штуку? Тут лягушка не выдержала и, забыв всякую осторожность, закричала изо всей мочи: — Это я! Я! И с этим криком она полетела вверх тормашками на землю. Утки громко закричали; одна из них хотела подхватить бедную спутницу на лету, но промахнулась. Лягушка, дрыгая всеми четырьмя лапками, быстро падала на землю; но так как утки летели очень быстро, то и она упала не на то место, над которым закричала и где была твердая дорога, а гораздо дальше, что было для нее великим счастием, потому что она бултыхнулась в грязный пруд на краю деревни. Она скоро вынырнула из воды и тотчас же опять закричала во все горло: — Это я! Это я придумала! Но вокруг нее никого не было. Испуганные неожиданным плеском, местные лягушки все попрятались в воду. Когда они понемногу стали высовывать из воды свои головы, то с удивлением смотрели на новую. И она рассказала им чудную историю о том, как она думала всю жизнь и наконец изобрела новый, необыкновенный способ путешествия на утках; как у нее были свои собственные утки, которые носили ее, куда ей было угодно; как она побывала на прекрасном юге, где так хорошо, где такие прекрасные теплые болота и так много мошек и всяких других съедобных насекомых. — Я заехала к вам посмотреть, как вы живете, — сказала она. — Я пробуду у вас до весны, пока не вернутся мои утки, которых я отпустила. Но утки уже никогда не вернулись. Они думали, что квакушка разбилась о землю, и очень жалели ее.