Народная сказка №237 — эпизод 3 из 3

Дворец ее словно жар горел — был он вылит из чистого серебра и золота; у ворот на железных спицах торчало одиннадцать голов богатырских. Призадумался Иван, добрый молодец: «Одиннадцать голов на спицы подняты; моя, верно, будет двенадцатая!» Опустился на широкий двор, вступил на крылечко высокое и идет прямо в светлицу. Встречает его Елена Премудрая. «Ты,— говорит,— зачем пожаловал?» — «Хочу тебя замуж взять».— «Ну что ж! Попробуй; коли сумеешь от меня спрятаться — пойду за тебя замуж; а не сумеешь — головой поплатишься». Иван вышел в чистое поле, достал кремень и огниво, вырубил огонек и прижег ковыль-траву. Вдруг откуда не взялся — прилетел сизокрылый орел и молвил человечьим голосом: «Скорей, добрый молодец, садись на меня и держись крепче, не то свалишься». Иван сел на орла, обхватил его крепко руками; орел взмахнул крыльями, поднялся высоко вверх и забрался за третьи облака. Кажись, хорошо запрятался — никому не найти; да у Елены Премудрой есть такое зеркало: стоит только заглянуть в него, так вся вселенная и откроется; разом узнаешь, где и что в белом свете творится. Вот подошла она к этому зеркалу, заглянула в него и тотчас узнала всю подноготную. «Полно, хитрец! — крикнула Елена громким голосом.— Вижу — залетел ты за третьи облака, занес тебя сизокрылый орел, а теперь время на землю опускаться». Иван спустился на землю, слез с орла и пошел на взморье, ударил по кремню огнивом, вырубил огонек и пустил его на синее море. Вдруг откуда ни взялась — приплыла к берегу щука-рыба огромная. «Ну, добрый молодец,— говорит щука,— полезай ко мне в рот, я тебя на дне моря спрячу». Разинула пасть, проглотила молодца, опустилась вместе с ним в лучину морскую и кругом песками засыпалась. «Ну,— думает Иван,— авось ладно будет!» Не тут-то было; Елена Премудрая только глянула взеркало и все сразу узнала: «Полно, хитрец! Вижу — забрался ты в щуку-рыбу огромную и сидишь теперь в пучине морской, под песками сыпучими. Время на сушу выходить!» Щука-рыба выплыла к берегу, выбросила из себя доброго молодца и опять ушла в море. Воротился Иван к Елене Премудрой на широкий двор, сел на крылечко и крепко призадумался, пригорюнился. На ту пору бежит по лесенке служанка Елены Премудрой: «О чем пригорюнился, добрый молодец?» — «Как мне веселому быть? Коли в третий раз не спрячуся, то надобно с белым светом прощаться. Вот и сижу да смерти дожидаюся».— «Не тужи, не вещуй худого на свою буйную голову; было время: обещалась я тебе пригодиться — не пустое слово молвила; пойдем, я тебя спрячу». Взяла его за руку, повела во дворец и посадила за зеркало. Немного погодя прибегает Елена Премудрая; уж она глядела, глядела в зеркало — нет, не видать жениха; вот и срок прошел, рассердилась она и ударила с досады по зеркалу; стекло вдребезги распалося — и явился перед нею Иван, добрый молодец. Тут, нечего делать, пришлось покориться. У Елены Премудрой не мед варить, не вино курить; в тот же день честным пирком да за свадебку; обвенчались они и стали себе жить-поживать, добра наживать.