Золотые дайки — эпизод 4 из 7
От того тихого голоса Дайко очумеет, голову маленько сбочит, будто слушает, да разобрать не может. Тут и хватай у него с головы золотой комок. Коли успеешь, ничего тебе змей не …
Выбирайте народные и авторские сказки по возрасту, теме и традиции. У каждого текста сохраняются источник и история обработки.
От того тихого голоса Дайко очумеет, голову маленько сбочит, будто слушает, да разобрать не может. Тут и хватай у него с головы золотой комок. Коли успеешь, ничего тебе змей не …
Черный вечер. Белый снег. Ветер, ветер! На ногах не стоит человек. Ветер, ветер На всем Божьем свете! Завивает ветер Белый снежок. Под снежком ледок. Скользко, тяжко, Всякий ход…
Выйдя из избушки, Богач только покачал головой. Очень уж разыгралась погода и засыпала снегом все его ловушки. — Видно, придется тебе, Еремка, идти под гору, — говорил Богач смо…
В царстве, где царь и царица не имели детей, старый знахарь дал им инструкцию построить мост через болота. Царь построил мост и в полночь слушал людские речи, где нищие предупредили о необходимости поиска наследника. После этого царь и его жена родили троих сыновей — Зорьку, Вечорку и Полуночку, которые стали богатырями. Они отправились в поисках индейских царевен, убегавших от двенадцатиглавого змея. После победы над змеем богатыри вернулись в царство, но Белый Полянин, который помог им в поисках, украл царевен и уехал в индейское царство, оставив богатырей в лесу. В итоге, султан отдал Зорьку, Вечорку и Полуночку в брак с царевнами, а Белого Полянина казнили за предательство.
Против нашей Ильменской каменной кладовухи, конечно, по всей земле места не найдешь. Тут и спорить нечего, потому — на всяких языках про это записано: в Ильменских горах камни с…
Сказав это, саговая пальма обиделась и замолчала. — Что касается меня, — вмешалась корица, — то я почти довольна своим положением. Правда, здесь скучновато, но уж я по крайней м…
Вечером только крикнул: — Дедко Филин! — А с дерева-то сейчас: — Фубу! Тут я. Кому надо? Рассказал Айлып про свою незадачу, просит пособить, коли можно, а Филин и говорит: — Фуб…
Приплыла наутро щука, как пить дала. Смотрит на нее карась и дивится: каких ему про щуку сплёток ни наплели, а она — рыба как рыба! Только рот до ушей да хайло такое, что как ра…
Алеко за холмом, С ножом в руках, окровавленный Сидел на камне гробовом. Два трупа перед ним лежали; Убийца страшен был лицом. Цыганы робко окружали Его встревоженной толпой. Мо…
Было это в давних годах. Наших русских в здешних местах тогда и в помине не было. Башкиры тоже не близко жили. Им, видишь, для скота приволье требуется, где еланки да степочки. …
Ребята после этого вовсе на голубую змейку сердились. — Не будем о ней говорить! И слово свое твердо держали. Ни разу с той поры у них разговору о голубой змейке не было. Даже в…
За горами, за лесами, За широкими морями, Против неба — на земле, Жил старик в одном селе. У старинушки три сына. Старший умный был детина, Средний сын и так и сяк, Младший вовс…
Жил-был старик со старухою; у них не было детей, а взяли к себе приемыша. Когда приемыш вырос, то люди сбили его отойти от них. Идет он ни путем, ни дорогой, попадается ему стар…
С той поры прошло пятьдесят лет. За это время, особенно в начале столетия, не раз пришлось слышать утверждения, что «Пушкин устарел», что «нельзя теперь писать стихи и прозу в п…
Муж и жена, живущие в простой крестьянской семье, попадают в ловушку нечистого, который обманывает их, приводя в дом с богатствами. После того как жена решает открыть запрещенную миску, нечистый их отпускает в бедность, оставляя в драках и раздоре.
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был мужик. Пришло время — записали его в солдаты; оставляет он жену, стал с нею прощаться и говорит: — Смотри, жена, живи хороше…
Жили-были дед да баба, а у них был сын. Старику очень хотелось отдать сына в науку, чтоб смолоду был родителям на утеху, под старость на успокоение, а по смерти на помин души. Д…
Кто-то сказывал, что дайки — чужестранное слово. Столбик будто по-нашему обозначает. Может, оно так и сходится, только наши березовские старики смехом смеялись, как такое услыша…
Наконец она устала. «Ну, Иван, — ему сказала, — Коль умел ты усидеть, Так тебе мной и владеть. Дай мне место для покою Да ухаживай за мною, Сколько смыслишь. Да смотри: По три у…
На другой день, утром рано, Разбудил конек Ивана: «Гей! хозяин! полно спать! Время дело исправлять!» Вот Иванушка поднялся, В путь-дорожку собирался. Взял корыта, и пшено, И зам…
Жили мышь с воробьем ровно тридцать лет так дружно: кто что ни найдет — все пополам. Раз воробей нашел маковое зернышко. «Что тут делить? — подумал он.— Раз куснуть — нет ничего…
Стал он, по обыкновению, ходить взад да вперед по комнатам и всё думает: «Чем же это пахнет? уж не пахнет ли водворением каким? например, Чебоксарами? или, быть может, Варнавины…
В раю, за грустным Ахероном, Зевая в рощице густой, Творец, любимый Аполлоном, Увидеть вздумал мир земной. То был писатель знаменитый, Известный русский весельчак, Насмешник, ла…
Жил да был крестьянин. Умерла у него жена, осталось три дочки. Хотел старик нанять работницу — в хозяйстве помогать. Но меньшая дочь, Марьюшка, сказала: — Не надо, батюшка, нани…
Черный вечер. Белый снег. Ветер, ветер! На ногах не стоит человек. Ветер, ветер На всем Божьем свете! Завивает ветер Белый снежок. Под снежком ледок. Скользко, тяжко, Всякий ход…
Из года в год мы со своим школьным товарищем проводили начало летнего отпуска в деревне Воздвиженке. Как покончим с экзаменами, так сейчас же туда, чтоб успеть окунуться в прозр…
Мужик стащил из лавки куль пшеничной муки. Захотелось к празднику гостей зазвать, пирогами попотчевать. Принес домой муку да и задумался. — Жена! — говорит он своей бабе. — Муки…
Жил-был старик со старушкою, у них была курочка-татарушка, снесла яичко в куте под окошком: пестро, востро костяно, мудрено! Положила на полочку; мышка шла, хвостиком тряхнула, …
Пришли; в домах зажглись огни, И постепенно шум нестройный Умолкнул; всё в ночной тени Объято негою спокойной; Вдали сверкает горный ключ, Сбегая с каменной стремнины; Оделись п…
Жил в нашем заводе парень Илья. Вовсе бобылем остался — всю родню схоронил. И от всех ему наследство досталось. От отца — руки да плечи, от матери — зубы да речи, от деда Игната…