Канонический текстЖил-был мужик; у него было три сына. Пошёл старший сын в батраки наниматься; пришёл в город и нанялся к купцу, а тот купец куда был скуп и суров! Только одну речь и держал: как запоёт петух, так и вставай батрак, да принимайся за работу. Трудно, тяжело показалось парню; прожил он с неделю и воротился домой. Пошёл средний сын, прожил у купца с неделю, не выдержал и взял расчёт.
— Батюшка, — говорит меньшой сын, — позволь, я пойду в батраки к купцу.
— Куда тебе, дураку! Знал бы сидел на печи! Получше тебя ходили, да ни с чем ворочались.
— Ну как хочешь, а я пойду!
Сказал и пошёл к купцу:
— Здравствуй, купец!
— Здравствуй, молодец! Что хорошего скажешь?
— Найми меня в батраки.
— Изволь; только у меня, брат, как петух запоёт — так и ступай на работу на весь день.
— Знамое дело: нанялся, что продался!
— А что возьмёшь?
— Да что с тебя взять? Год проживу — тебе щелчок да купчихе щипок; больше ничего не надо.
— Ладно, молодец! — отвечает хозяин, а сам думает: — Экая благодать! Вот когда дёшево нанял, так дёшево!
Ввечеру батрак изловчился, поймал петуха, завернул ему голову под крыло и завалился спать. Уж полночь давно прошла, дело к утру идёт — пора бы батрака будить, да петух не поёт! Поднялось солнышко на небо — батрак и сам проснулся.
— Ну, хозяин, давай завтракать, время работать идти.
Позавтракал и проработал день до вечера; в сумерки опять изловил петуха, завернул ему голову за крыло и завалился спать до утра. На третью ночь опять то же. Дался диву купец, что за притча такая с петухом: совсем перестал горло драть!
— Пойду-ка я, — думает, — на деревню, поищу иного петуха.
Пошёл купец петуха искать и батрака с собою взял.
Вот идут они дорогою, а навстречу им четверо мужиков быка ведут, да и бык же — большой да злющий! Еле-еле на верёвках удержат!
— Куда, братцы? — спрашивает батрак.
— Да быка на бойню ведём.
— Эх, вы! Четверо быка ведёте, а тут и одному делать нечего!
Подошёл к быку, дал ему в лоб щелчок и убил до смерти; опосля ухватил щипком за шкуру — вся шкура долой! Купец как увидел, каковы у батрака щелчки да щипки, больно пригорюнился; совсем забыл о петухе, вернулся домой и стал с купчихой совет держать, как им беду-горе отбывать?
— А вот что, — говорит купчиха, — пошлём-ка мы батрака поздно вечером в лес, скажем, что корова со стада не пришла; пускай его лютые звери съедят!
— Ладно!
Дождались вечера, поужинали; вышла купчиха на двор, постояла у крылечка, входит в избу и говорит батраку:
— Что ж ты коров в сарай не загнал? Ведь одной-то, комолой[1], нету!
— Да, кажись, они все были…
— То-то все! Ступай скорей в лес да поищи хорошенько.
Батрак оделся, взял дубинку и побрёл в дремучий лес; сколько ни ходил по лесу — не видать ни одной коровы; стал присматриваться да приглядываться — лежит медведь в берлоге, а батрак думает — то корова.
— Эхма, куда затесалась, проклятая! А я тебя всю ночь ищу.
И давай осаживать медведя дубинкою; зверь бросился наутёк, а батрак ухватил его за шею, приволок домой и кричит:
— Отворяй ворота, принимай живота!
Пустил медведя в сарай и запер вместе с коровами. Медведь сейчас принялся коров душить да ломать; за ночь всех до одной так и порешил. Наутро говорит батрак купцу с купчихою:
— Ведь корову-то я нашёл.
— Пойдём, жена, посмотрим, какую корову нашёл он в лесу?
Пошли в сарай, отворили двери, глядь — коровы задушены, а в углу медведь сидит.
— Что ты, дурак, наделал? Зачем медведя в сарай притащил? Он всех коров у нас порешил!
— Постой же, — говорит батрак, — не миновать ему за то смерти!
Кинулся в сарай, дал медведю щелчок — из него и дух вон!