Канонический текст447[1]
В одном селе жили два брата — Данило и Гаврило. Данило был богатый, а Гаврило бедный; только и живота было у Гаврилы, что одна корова, да и тому Данило завидовал. Поехал Данило в город закупить кое-что и, воротясь из городу, пришёл к брату и говорит:
— Что ты, брат, держишь корову? Я был сегодня в городе и видел: там коровы очень дёшевы, по пяти и шести рублей, а за кожу двадцать пять дают.
Гаврило поверил ему, заколол корову и приел говядину, после дождался рынку и отправился в город. Приехал в город и поволок продавать кожу. Увидел его кожевник и спрашивает:
— Что, любезный, продаёшь кожу?
— Продаю.
— Что просишь?
— Двадцать пять рублей.
— Что ты, безумный! Возьми два с полтиной.
Гаврило не отдал и волочил кожу целый день; никто ему не даёт больше. Наконец, поволок её мимо гостиного ряду; увидал его купец и спрашивает:
— Что, продаёшь кожу?
— Продаю.
— Дорого ли просишь?
— Двадцать пять рублей.
— Что ты, шальной! Где слыхал про такие дорогие кожи? Возьми два с полтиной.
Гаврило подумал-подумал и сказал:
— Так и быть, господин купец, уступлю тебе! Только поднеси мне хоть водки стакан.
— Хорошо, об водке ни слова!
Отдал ему купец два с полтиной да вынимает из кармана платок и говорит:
— Ступай вон в тот каменный дом, отдай хозяйке платок и скажи, что я велел тебе поднесть полон стакан вина.
Гаврило взял платок и пошёл; приходит в дом, хозяйка его и спрашивает:
— Ты зачем?
Гаврило ей говорит:
— Так и так, сударыня, продал я твоему хозяину за два с полтиной кожу, да ещё вырядил полон стакан вина; дак он меня сюда послал, велел тебе платок отдать да сказать, чтобы ты винца поднесла.
Хозяйка тотчас налила стакан, только немного не полон, и поднесла Гавриле; он выпил и стоит. Хозяйка спрашивает:
— Что ж ты стоишь?
Гаврило говорит:
— У нас была ряда — полон стакан вина!
А в то время сидел у купчихи полюбовник, услыхал он эти слова и говорит:
— Налей ему, душа, ещё!
Она налила ещё полстакана; Гаврило выпил и всё стоит. Хозяйка опять спрашивает:
— Теперь чего дожидаешься?
Отвечает Гаврило:
— Да у нас ряда была — полон стакан, а ты полстакана подала.
Любовник велел поднесть ему в третий раз; тогда купчиха взяла графин с вином, стакан отдала Гавриле в руки и налила его так, что через край побежало. Только Гаврило выпил, а хозяин на ту пору домой грядёт. Она не знает, куда полюбовника девать, и спрашивает:
— Куда ж я тебя спрячу?
Любовник забегал по горнице, а Гаврило за ним да кричит:
— Куда я-то денусь?
Хозяйка отворила западню и пихнула обоих туда.
Хозяин пришёл и привёл ещё с собой гостей. Когда они подпили, то начали песни запевать; а Гаврило, сидя в яме, говорит своему товарищу:
— Как хочешь — это любимая батюшкова песня! Я запою.
— Что ты, что ты! Пожалуйста, не пой. На тебе сто рублей, только молчи.
Гаврило взял деньги и замолчал. Немного погодя запели другую; Гаврило опять говорит товарищу:
— Как хочешь, а теперь запою; это любимая песня матушкина!
— Пожалуйста, не пой! На тебе двести рублей.
Гавриле то на руку — уже триста рублей есть; спрятал деньги и молчит. Вскоре запели третью песню; Гаврило говорит:
— Теперь хоть четыреста давай, дак запою.
Любовник его всячески уговаривать; а денег больше нет. Хозяйка услыхала, что они там ерошатся, отперла западню и спросила потихоньку:
— Что вы там?
Любовник потребовал пятьсот рублей; она живо вернулась, подала пятьсот рублей, Гаврило опять взял и замолчал.
Как-то попалась тут Гавриле подушка и бочонок смолы; он приказал товарищу раздеться. Когда тот разделся, он окатил его смолой; потом распорол подушку, рассыпал пух и велел ему кататься. Вот как тот выкатался в пуху, Гаврило растворил западню, сел на товарища верхом, едет, а сам кричит:
— Девятая партия из здешнего дому убирается!