Эй, Иван!

Вот он весь, как намалеван, Верный твой Иван: Неумыт, угрюм, оплеван, Вечно полупьян; На желудке мало пищи, Чуть живой на взгляд. Не прикрыты, голенищи Рыжие торчат; Вечно теплая шапчонка Вся в пуху на нем, Туго стянут сертучонко Узким ремешком; Из кармана кончик трубки Виден да кисет. Разве новенькие зубки Выйдут старых нет... Род его тысячелетний Не имел угла На запятках и в передней Жизнь веками шла. Ремесла Иван не знает, Делай, что дают: Шьет, кует, варит, строгает, Не потрафил бьют! Заживет! Грубит, ворует, Божится и врет, И за рюмочку целует Ручки у господ. Выпить может сто стаканов Только подноси... Мало ли таких Иванов На святой Руси?.. Эй, Иван! иди-ка стряпать! Эй, Иван! чеши собак! Удалось Ивану сцапать Где-то четвертак, Поминай теперь как звали! Шапку набекрень И пропал! Напрасно ждали Ваньку целый день: Гитарист и соблазнитель Деревенских дур (Он же тайный похититель Индюков и кур), У корчемника Игнатки Приютился плут, Две пригожие солдатки Так к нему и льнут. Эй вы, павы, павы, павы! Шевелись живей! В Ваньке пляшут все суставы С ног и до ушей, Пляшут ноздри, пляшет в ухе Белая серьга. Ванька весел, Ванька в духе Жизнь недорога! Утром с барином расправа: Где ты пропадал? Я... нигде-с... ей-богу... право... У ворот стоял! Весь-то день?.. Ответы грубы, Ложь глупа, нагла; Были зубы били в зубы, Нет трещит скула. Виноват! порядком струся, Говорит Иван. Жарь к обеду с кашей гуся, Щи вари, болван! Ванька снова лямку тянет, А потом опять Что-нибудь у дворни стянет... Неужли плошать? Коли плохо положили, Стало, не запрет! Господа давно решили, Что души в нем нет. Неизвестно есть ли, нет ли, Но с ним случай был: Чуть живого сняли с петли, Перед тем грустил. Господам конфузно было: Что с тобой, Иван? Так, под сердце подступило, И глядят: не пьян! Говорит: Вы потеряли Верного слугу, Всё равно помру с печали, Жить я не могу! А всего бы лучше с глотки Петли не снимать... Сам помещик выслал водки Скуку разогнать. Пил детина ерофеич, Плакал да кричал: Хоть бы раз Иван Мосеич Кто меня назвал!.. Как мертвецки накатили, В город тем же днем: Лишь бы лоб ему забрили Вешайся потом! Понадеялись на дружбу, Да не та пора: Сдать беззубого на службу Не пришлось. Ура! Ванька снова водворился У своих господ, И совсем от рук отбился, Без просыпу пьет. Хоть бы в каторгу урода Лишь бы с рук долой! К счастью, тут пришла свобода: С богом, милый мой! И, затерянный в народе, Вдруг исчез Иван... Как живешь ты на свободе? Где ты?.. Эй, Иван!