Катя и ягода-земляничка

Жил-был старик со старухой. Было у них четверо детей: один сын и три дочери. Сына звали Васей, а дочерей Дуней, Машей и Катей. Раз старик и говорит дочерям: "Ступайте-ка в лес за ягодами. Кто из вас целую корзину наберет, той куплю золотое яйцо". Пошли сестры в лес. По дороге Дуня с Машей зашли в кустики в карты поиграть, а Катя одна за ягодами отправилась. Вот набрала она целую корзину и пошла за сестрами. Увидели Дуня с Машей Катину корзину и зависть их взяла. Задумали они злое дело. Уманили сестру опять в лес, уложили отдыхать. Катя заснула, а сестры ее, спящую, убили и ягоды себе взяли. Приходят они домой, а там спрашивают: "где Катя?" -- "В лесу, -- говорят, -- осталась, корзину добирать". Вот уж дело к вечеру, а Кати все нет. Ждали, ждали отец с матерью, в лес искать ходили -- пропала Катя! "Вы, прохожие, поиграйте, Вы меня-то пожалейте: Уж как две сестры меня убили, Под белой березкой схоронили, Что листочком-то, берестечком покрыли, Желтеньким песочком завалили, Все за ягодку, за земляничку". Подивились прохожие и пошли дальше, а дудку с собой взяли. Вот пришли они к Катиному отцу и дали ему дудку. "Поиграй, -- говорят, -- дедушка". Стал старик играть, а дудка человечьим голосом выговаривает: "Уж ты, тятя, поиграй-ка, Ты меня-то пожалей-ка. Уж как две сестры меня убили, Под белой березкой схоронили, Что листочком-то, берестечком покрыли, Желтеньким песочком завалили, Все за ягодку, за земляничку". Старик как услышал, так и упал. Взяла старуха дудку, стала играть, а дудка и у нее выговаривает: "Уж ты, маменька, поиграй-ка, Ты меня-то пожалей-ка. Уж как две сестры меня убили, Под белой березкой схоронили, Что листочком-то, берестечком покрыли, Желтеньким песочком завалили, Все за ягодку, за земляничку". Взял у старухи дудку братец Вася, играет, а она выговаривает: "Уж ты, братец, поиграй-ка, Ты меня-то пожалей-ка. Уж как две сестры меня убили, Под белой березкой схоронили, Что листочком-то, берестечком покрыли, Желтеньким песочком завалили, Все за ягодку, за земляничку". Тут и говорит старик: "теперь ты, Дуня, поиграй". А Дуня лежит на печи, ни жива, ни мертва, и играть не хочет. Старик как закричит: "Слезай, Дунька, а то за волосы стащу!" Вот она слезла с печи, взяла дудку, играет, а та выговаривает: "Уж ты, Дуня, поиграй-ка, Ты меня-то пожалей-ка. Уж как вы меня с Машей убили, Под белой березкой схоронили, Что листочком-то, берестечком покрыли, Желтеньким песочком завалили, Все за ягодку, за земляничку". Тут стал отец заставлять Машу играть. Взяла она дудку, играет, а та выговаривает: "Уж ты, Маша, поиграй-ка, Ты меня-то пожалей-ка. Уж как вы меня с Дуней убили, Под белой березкой схоронили, Что листочком-то, берестечком покрыли, Желтеньким песочком завалили, Все за ягодку, за земляничку". Выслушал это старик, ни слова не вымолвил, принес березу и давай дочерей хлестать. Хлестал, хлестал, не захлестал до смерти; привязал к воротам, застрелил, да там и оставил. Ехали мимо с возами, зацепились за них и уронили. Стали по деревне ходить да спрашивать: "не ваши ли? не ваши ли?" Все говорят: "нет, не наши". Пришли к старику, и он сказал: "не наши".