Вот в царя было три сына. Занимались охотуй. Ну, вот государь им сказывал: «Хто б из вас бы, говорит, мне птицу-жар достал бы». Оны и пошли втрех на хвоту. Идуть на хвоты, видють куца муравьев. Один и говорит: «Надо эту куцу разорить». Малый и говорить: «Не надо, говорить, разорять. Оны, говорит, трудились». Так вон умолил; оны и не стали разорять. Потом немного прошли. Бежить лисица. Потом эты хотели убить лисицу, малый и говорить: «Не надо бить лису, лиса красивая, хорошая». Оны так весь день проходили, никово не убили. Пришотци домой жалютца отцу, што мы с ним ходить не будем. Нам не дал никакой дичи убить.
Ну, вот больший собирается идти жар-птицу доставать. Потом иде — стоит две харчевни: на правой руке такая веселая харчевня — песни поють, разные игры играють; на левой руке — печальная. Он пошел, где веселая харчевня, ночевать; пропился, промотался там; стынно домой явиться к отцу. Потом пошел другой разыскивать, тоже второй. Пришел и этут сюда, в эту харчевню ночевать. И этут так порядком пропилси.
Потом отец и говорит: «Ступай ты, Иван-царевич, разыщи своих братей».
Потом он идет, Иван-царевич. Не доходя этых харчевен. Потом бежить лисица. — «Иван-царевич, куда идешь?» — «Лисынька, иду братей разыскивать и потом птицу-жар достать». — «Так вот, Иван-царевич, я вам буду говорить: в веселую харчевню ночевать не ходите, а ступай на левую руку, там поночуй. А назавтрее я к табе прибегу». Он поночевал; назавтрее выходит с этой харчевни. Является лиса. «Ну, Иван-царевич, садись на меня, я тебя понесу». Сел он на яну, поташшыла лиса. Приташшыла туда, где жар-птица. Потом и говорит лиса. «Смотри, ты пойдёшь за птицуй. Как возьмешь жар-птицу, токо клетку не бери». Он пошел, взошел туда, смотря: птица хороша, а клетка лучче. Што я онну понесу: возьму и клетку. Как он взял птицу и с клеткуй, струны зарячали — Ивана-царевича поймали.
Потом начинают ево судить. Протчий царь там и говорить: «На смерть ево судить нельзя. Вот в меня есь такая гора: пуштай он эту гору скопая — тогда прошшается ему». Ну, што ли? Он начинае эту гору копать, а гора не подается. Прибегае эта лиса, начинае Ивану-царевичу помогать. Оны немедленно копають, день и ночь: эту гору скопали. Иван-царевич и думае: «Как бы птицу взять?» Эта лиса и говорит: «Иван-царевич, никак табе топерь не взять. Я знаю в онном месте достанем мы тово коня, который быстрее ветру. Садись на мяня, я тебя понесу. Приедешь туда, в тя деньги есь, угости конюхов». Он приехал туда, угостил конюхов. Потом конюхи уснули крепким сном. Взял Иван-царевич, оцапил этого коня и поехал. Приезжае сюда. Вот лиса и говорить: «Вот, Иван-царевич, бери, перьву с тобой согласится эта княгина». Иван-царевич подходил к этой княгины.
Потом княгина соглашению дала. Он и говорит ёй: «Как, говорит, княгина, нам эту жар-птицу взять? Мне так ехать нельзя». — «А вот, Иван-царевич, — эта княгина и говорит, — я конюхов всех пьяным напиткам напою». Потом она напоила пьяным напиткам. Приходя к Ивану-царевичу: «Иван-царевич, топерь бери». Иван-царевич взял золотую клетку, всадил птицу в золотую клетку. Потом оны сели с княгинуй и поехали. Не доежають этых харчевен, этот Иван-царевич и говорит княгины: «Надо заехать, говорит, за братьями; оны, говорит, тут промоталшы». Потом заходя он в харчевню. «Братья, поедемте домой». Хозяин и говорит Иван-царевичу: «Уплати тысьцу рублей за братей». Взял Иван-царевич вуплатил. Вот оны едуть — и братей везет.
Прикрасном месте, как оны устали, расположились покушать. Потом оны покушали. Иван-царевич отошел на стрельбу от них, сел на бруб на колодец. Больший брат подошел к ему, взял толконул ево — Иван-царевич упал в колодец. В тое время в колодце воды не было. Потом оны взяли этово коня, этых два брата, и потом птицу-жар и княгину и поехали домой.
Приехали домой и говорять: «Вот, папа, мы достали птицу-жар и коня — быстрей ветру и княгину. Надеялся ты на Ивана-царевича — Иван-царевич пропился, наш брат, твой сын. Вы надеялись на ево. Он не мог ничево достать».