Жил царь с царицею. У их не было сына. И вот наконец дождалися. Он рос не по дням, а по часам. И вот царь ево послал в сваты на конец света, чтобы высватал ненаглянную красоту. Вот ён приезжае к бабушке, привязал коня к менному кольцу и вошел в избу. Тут старуха раскричалася: ты никаково кольца не стоишь — не то што менново. И стала расспрашивать: «Куда ты едешь?» Он говори: «Бабушка, прежде накорми-напой, потом в постель уложи — тогда и спрашивай». Вот он лег спать и стал рассказывать. «Не видала ли ты такую красоту, которая живет на конце света?» Она говорит: «Я слыхом не слыхала и видом не видала такой красоты!»
Потом встал поутру рано, отвязал коня от менново кольца и поехал в путь-дорогу. К вечеру приезжает ко дворцу, привязал коня к серебряному кольцу, вошел в избу. Тут старуха раскричалася: «Ты менново кольца не стоишь, а к серебряному привязал!» И начала спрашивать: «Куда ты едешь?» Он говорит: «На конец света, сосватать ненаглянную красоту». И говорит: «Не видала ли ты ее?» Она говорит: «Я видом не видала и слыхом не слыхала. Ложись спать, утро вечера мудренее». Вот он лег спать. Старуха поутру и будит, говорит: «Пора вставать». Он встал, умылся и поехал в путь-дорогу.
Ехал-ехал, наступает вечер, приезжает к разваляшшему дворцу, привязал коня к золотому кольцу и вошел в избу. Старуха на ево и раскричалася: «Ты менного кольца не стоишь, а к золотому привязал». И стала расспрашивать: «Куда ты едешь?» Он говорит: «На конец света — сосватать ненаглянную красоту». Она его накормила-напоила, в постель уложила и говорит: «Ложись спать, утро вечера мудренее».
Вот он поутру встал рано, умылся, оделся и вышел с ней на крыльцо. Она на землю поглядела и крикнула диким голосом: «Рыбы и гады, идите сюда!» Они пришли. Она их спрашивает: «Не видали ли вы ненаглянную красоту, которая живет на конце света?» Рыбы и гады отвечают ей: «Мы видом не видали и слыхом не слыхали такой красоты». Она поглядела на небо и крикнула диким голосом: «Что есть птиц, слетайтесь сюда!» Оны прилетели. Она стала их спрашивать: «Не видели ли вы ненаглянной красоты, которая живет на конце света». Они ей отвечают: «Мы видом не видали и слыхом не слыхали такой красоты». Только они вошли в избу, старуха и царевич, прилетела моголь-птица, вся изба и затемнела сразу. Вышли оны на улицу, говорят: «Моголь-птица, где ты проживала?» Она им отвечает: «Я проживала в диком лесу». Старуха спрашивает у неё: «Не видала ли ты ненаглянной красоты, которая живет на конце света?» Она им отвечает: «Видала». Старуха и говорит ей: «Сколько есть у вас сил, довезите Ивана-царевича дотули». Она согласилась.
Иван-царевич пошел в кузницу, сковал длинное копье и купил бочку мяса и бочку винца. Положил на нее две бочки и сел сам. Вот оны полетели: как она оглянется — он положит на копье мяса и дасть ей в рот. Вот она проглотит сразу ево. Как оглянется — он опять положит на копье мяса — опять дасть ей. Потом скормил ей этих две бочки, прилетели в болото. Иван-царевич и говорит: «Моголь-птица, давай здесь опустимся». Моголь-птица ему отвечает: «Што ты надумал? Мы с тобой здесь ввязнем». Они пролетели это болото. Она как оглянется — он вырезал свои икры — подал ей свои икры. Вылетели на лишину, опустилися на землю. Иван-царевич слез с моголь-птицы, он пошел, хромает. Моголь-птица ему и говорит: «Чяво вы хромаете, Иван-царевич?» Он ей отвечает: «Я вырезал свои икры да вам отдал». Она в этот же миг выплюнула ево икры и сразу ему отдала. Иван-царевич их приставил и пошел как новый и опять кривлять не стал.
Пришел он к бабушке-задворё́нке и говорит: «Бабушка, не видала ли ты ненаглянной красоты, которая живет на конце света». Она ему отвечае: «Ложись спать. Утро вечера мудренее». Ен лег спать. Наутро старуха ево будит: «Вставай, пора в церкву идти». Он встал, умылся, оделся и пошел в церковь. Пришел в церковь — а она к ему и встала сбоку, ненаглянная красота. Потом отошла обення, пошел он домой.