Сказка о Семене-малом юноше скором гонце

В старые годы, старопрежние, В дальнем царстве, нам неведомом, Были топи невылазные, А дороги не проездные. У болот у тех, в избушечке, Жил да был старик убогонький Со своими тремя детками, Тремя молодцами добрыми. Алексеем звали старшего, Николаем звали среднего, А последнего прославили Все Семеном-малым юношей. Вот надумал раз убогонький, В пользу люда православного, Через топь непроходимую Проложить дорогу прочную, И прямую, и проезжую; Отвести ключи болотные, Заверстать ложбины малые, Чрез окнища же глубокие Намостить мосты кленовые. На работу стал он с детками. И по долгом, долгом времени Через топь прошла дороженька Со мостами со кленовыми. Воротясь домой, убогонький Посылает сына старшего: - Ты пойди под мост да выслушай, Чем за нашу за дороженьку Нас помянут люди добрые. - Алексей приказ родительский В тот же час исполнил в точности. Старички белобородые, Говорят довольным голосом: - Дай, Господь, тому, кто выстроил Этот мост да путь дороженьку, В том, чего у Бога выпросит, - В ту ж минуту исполнение. - Алексей, ту речь услышавши, Из засады мигом выступил И сказал им, низко кланяясь: - Этот мост да путь-дороженьку Строил я с отцом да братьями. - Ну, о чем попросишь Господа? - Вот когда бы Он деньжонками На всю жизнь меня пожаловал! - Хорошо, ин будь по-твоему: Отправляйся в поле чистое... Там увидишь дуб развесистый, Под тем дубом погреб каменный, В погребу же злато-серебро Да каменья самоцветные. Рой себе да воз наваливай - Денег будет тебе в волюшку! - Алексей пошел, как сказано, Накапал богатства всякого И домой принес родителю, Рассказав, как все случилося. Через день опять убогонький Посылает сына среднего: - Ты пойди под мост да выслушай, Чем за нашу за дороженьку Нас помянут люди добрые. - Николай приказ родительский В тот же час исполнил в точности. Старички белобородые, Говорят довольным голосом: - Дай, Господь, тому, кто выстроил Этот мост да путь-дороженьку, В том, чего у Бога выпросит, - В ту ж минуту исполнение! - Николай, ту речь услышавши, Из засады мигом выступил И сказал им, низко кланяясь: - Этот мост да путь-дороженьку Строил я с отцом да братьями. - Ну, о чем попросишь Господа? - Вот когда меня бы хлебушком На всю жизнь Господь пожаловал! - Хорошо, ин будь по-твоему: Воротись домой да новину Распаши, засей потщательней, - Хлеба будет тебе в волюшку! - Николай отцу все передал, Целину вспахал матерую И засеял ее озимью. Через день опять убогонький Посылает сына младшего: - Ты пойди под мост да выслушай, Чем за нашу за дороженьку Нас помянут люди добрые. - Сел Семен под мост и слушает. Старички белобородые, Говорят довольным голосом: - Дай, Господь, тому, кто выстроил Этот мост да путь-дороженьку, В том, чего у Бога выпросит, - В ту ж минуту исполнение! - Сенька-малый тотчас выступил, Говорит им, низко кланяясь: - Этот мост да путь-дороженьку Строил я с отцом да братьями. - Ну, о чем попросишь Господа? - А прошу у Бога милости Послужить Царю в солдатушках. - - Вот что значит младо-зелено! Ведь в солдатах служба тяжкая: Царь Морской тебя в полон возьмет, Будешь слезы лить горючие. - Ах вы, старцы, люди старые, Разве вам про то неведомо, Что кто здесь не попечалится - На том свете будет плакаться? - Хорошо, ин будь по-твоему! - И в оленя быстроногого Обратили Сеньку-малого. Побежал олень к избушечке, Увидали его сродники - И давай ловить, заманивать. Те его, недолго думая, Обратили в зайца серого - Заяц бросился к избушечке; Но, увидевши, что сродники Изловить его сбираются, Те его, недолго думая, Обратили в пташку резвую - Полетела пташка к сродникам, На окно избы уселася; Но, заметивши, что сродники Изловить ее сбираются, Те ее опять по-прежнему Обратили в Сеньку-малого, Говорят: - Ну, в службу царскую Ты иди теперь не трусивши: Коль придется сбегать наскоро - Обратись в оленя резвого Или в зайца быстроногого, А то в пташку легкокрылую. - В дом пришел и у родителя Стал проситься в службу царскую. - Ну, куда тебе в солдатушки? - Возразил ему убогонький: - Тебе, малому да глупому? - Отпусти, родимый батюшка - Такова, знать, воля Божия! - Отпустил его убогонький... Сенька-малый изготовился, Обнялся с отцом и братьями И пустился в путь-дороженьку. Долго ль время шло, коротко ли, Подошел он к граду стольному И, Царю явясь прямехонько, Речь держал ему нехитрую: - Не вели рубить мне голову, А дозволь словечко вымолвить: В службу я желаю ратную. - Ну, куда тебе в солдатушки? Говорит ему надежа-Царь: - Тебе, малому да глупому? - Хоть я мал и беден разумом, Но надеюсь, с Божьей помощью, Послужить не хуже всякого! - Царь на просьбу Сеньки-малого Согласился - взял в солдатушки И велел, чтоб при лице его Состоял он веки вечные. Вот прошло немного времени - И Царю король языческий Объявил войну жестокую; Царь немедля рать великую Снарядил и в поле выступил. Долго шел с своим он воинством, Вот и враг уже близехонько - Дня чрез три вступать в сражение. Тут хватился Царь, что палицу И булатный меч с насечкою Позабыл он в стольном городе! Чем теперь он оборонится, Чем побьет он силу вражию? Кликнуть клич велел он по Стану: Не возьмется ли кто наскоро Принести из града стольного Царский меч его и палицу? И кто службу эту выполнит - Тот Марию, дочку царскую, За себя возьмет в замужество, С полуцарством ей в приданое. Появилися охотники... Кто три года просит времени, Кто находит двух достаточно, Кто и в год сходить надеется; Сенька три дня только выпросил. Царь обрадовался - грамотку Написал Царевне-дочери, Чтоб гонцу она поверила И оружье ему выдала. Взял Семен Цареву грамотку И пустился в путь-дороженьку. Отойдя от стана ратного С полверсты, в оленя быстрого Обернулся он - и молнией Припустил чрез степь широкую. Долго он бежал - умаялся, Обратился в зайца серого, Во всю прыть понесся заячью; Поприбивши ножки тонкие, Обернулся пташкой резвою И быстрее ветра буйного Полетел в то царство дальнее, Где царевна оставалася. Долетев туда назавтра же, Образ принял человеческий И, войдя в палаты царские, Подал он Царевне грамотку. Та прочла и подивилася: Как в такое время краткое Мог земель он столько выходить? - А вот так! - Семен ответствовал; Вмиг оленем перекинулся И, побегав, свою голову Положил Царевне на руку; Та, скорее взявши ножницы, У него клок шерсти срезала. Обратившись после в зайчика И попрыгавши по горенке, На колени на Царевнены Он вскочил, головку вытянул - Та ему клок шерсти выстригла. Заяц пташкой перекинулся; Пташка малость покружилася И на плечико Царевнино, Почирикавши, уселася; А Царевна с птичей макушки Ярких перышек посрезала И затем и шерсть, и перышки, Завязав в платочек шелковый, Под замок к себе припрятала; Пташка Сенькой обернулася... От Царевны тотчас велено Накормить гонца проворного, Напоить вином да бражкою И, отдав ему оружие, Снарядить в дорогу дальнюю. Сенька-малый благодарствовал, Распрощался со Царевною И пустился к Стану царскому. Побежал оленем матерым, Поскакал косым зайчишкою, Полетел резвуньей пташкою - И под вечер в сутки третии Усмотрел он войско царское. Не дойдя с версту до лагеря, Отдохнуть прилег он у моря, Под большим кустом ракитовым. Положивши с боку правого Добытые меч и палицу, Крепко он заснул с усталости. На тот раз случись поблизости Генералу ехать некому; Увидал гонца он спящего И столкнул в пучину синюю; Взял потом оружье царское И принес Царю, бахваляся, Что-де он "и меч, и палицу Раздобыл во стольном городе, - Пустохвал же Сенька-юноша Года три еще пробегает!" Генерала Царь приветствовал, Воевать стал с неприятелем - И над ним чрез время краткое Одержал победу славную. Между тем Семена-малого Царь Морской схватил немедленно И унес во глубь бездонную. Прожил год он там - соскучился, Слезы лил подчас горючие; Царь Морской раз и спросил его: - Ты на русский свет не хочешь ли? - Да, хочу, коль будешь милостив! - Так Семен ему ответствовал. Царь Морской глубокой полночью Взял его и вынес на берег, Сам же вглубь ушел бездонную. Стал Семен молиться Господу: - Дай скорее, Боже, солнышка! - Но заря лишь побагровила, Царь Морской явился к берегу И унес Семена-малого. Прожил год еще - соскучился Чаще плакать приходилося. Царь Морской раз и спросил его: - Ты на русский свет не хочешь ли? - Да, хочу, коль будешь милостив! - Так Семен ему ответствовал. Царь Морской глубокой полночью Взял его и вынес на берег, Сам же в глубь ушел бездонную. Стал Семен молиться Господу: - Дай скорее, Боже, солнышка! - Но лишь на небе забрезжило, Царь Морской явился к берегу И унес Семена-малого. Выжил третий год - тошнехонько От тоски подчас случалося; Царь Морской раз и спросил его: - Ты на русский свет не хочешь ли? - Да, хочу, коль будешь милостив! - Так Семен ему ответствовал. Царь Морской глубокой полночью Взял его и вынес на берег, Сам же в глубь ушел бездонную. Стал Семен молиться Господу: - Дай скорее, Боже, солнышка! - Вдруг поднялось солнце красное, Осияло всю вселенную; Царь Морской из водной пропасти Днем явиться не осмелился, И Семен от плена тяжкого Волей Божию избавился. В тот же час в оленя быстрого Обернулся он - и молнией Побежал в родную сторону; Поскакал потом зайчишкою, Полетел резвуньей-пташкою - И чрез время очень малое Очутился в стольном городе. А пока все это делалось, Царь с войны вернулся радостный И засватал дочь торжественно За начальника-обманщика. Входит Сенька-малый в горницу, Где жених сидел с невестою... Та его лишь заприметила, Говорит отцу: - Царь-батюшка! Не вели рубить мне голову, А дозволь словечко вымолвить! - Говори, Царевна-доченька! Что тебе такое надобно? - Государь мой, добрый батюшка, Мой жених - не тот, что рядышком За столом со мною кушает, А вот этот, что пожаловал. Покажи-ка, смелый юноша, Как ты мог сходить за царскими Боевым мечом и палицей. - Вмиг Семен в оленя быстрого Обернулся и, побегавши, Стал пред Марьею-царевною. Та, платок доставши шелковый, Из него клок шерсти вынула И, приставив к месту голому, Где ту шерсть она отрезала, Говорит отцу: - Царь-батюшка! Погляди мои приметочки! - Вслед за тем Царевна, выложив Шерстку заячью и перышки, То же самое проделала И с косым, и с резвой пташкою. Тут уж Царь, узнав всю истину, Повелел казнить обманщика, А гонца Семена-малого, Повенчав с красой-царевною, Объявил своим наследником.