Ярмарка в Голтве — эпизод 2 из 5

Ні, качает головой хохол, оглядывая лошадь цыгана, понурую и шершавую. Три с четвертью? Ні... Чтоб ваша жінка сказала вам сто раз ні, когда вы у нее борща попросите! Даете три гладких карбованца? И то не даете? Так берите ж за вашу цену... Э, пропали мои гроши и конь хороший! Лошадей передают из полы в полу, и хохол уходит, ведя на поводу выменянную крупную рыжую кобылу, равнодушно переступающую разбитыми ногами. Морда у нее печальная, и уныло смотрят ее тусклые глаза на толпу людей. Скоро хохол возвращается назад. Он идет торопливо, так что лошадь едва поспевает за ним; лицо у него сконфуженное и растерянное. Цыгане смотрят навстречу ему спокойно и разговаривают о чем-то на своем странном языке. Це діло не законне, покачивая головой, говорит хохол, подходя к ним. Какое дело? осведомляется один из цыган. А це... Як же вы мені... А что мы тобі?.. Пiдождить!.. Як же... А як же? Да підождить же! А чего ждать? Когда кобыла родит? Да ты ж, дядько, еще и не венчался с ней! В толпе хохот. Бедняга хохол апеллирует к ней. Добрые люди ратуйте! Воны мені беззубу коняку намісто моiй зубатой наміняли! Толпа не любит неловких так же, как и слабых. Она становится на сторону цыган... А де ж у тэбе очи булы? спрашивает хохла сивый старик. Не вмій з цыганами діла! поучительно заявляет другой. Обманутый рассказывает, что он смотрел зубы у коня, но на верхние не обратил внимания, а из них три оказываются сломанными. Должно быть, коня когда-то сильно ударили по морде и сломали ему три зуба. Куда он годится такой? Он есть не может, вон у него какой вздутый живот. Человека два-три из толпы начинают защищать хохла. Возникает гвалт, и громче всех кричит, не уставая, цыган... Э, добрый человік! чого ж ты затіяв таку заворуху? Хиба ты не знаешь, як треба конів куповаты? Конів куповаты як жінку выбираты, все одно, так же важне діло... Слухай, я тобі скажу відну казку... Як булы на світі три братика, двое розумні, а третий дурень ось як ты, або ж я... Товарищи цыгана тоже орут во всю глотку, оправдывая его; хохлы лениво ругаются в ответ; толпа становится все гуще и теснее... Що ж мені зостаеться, добрі люди? горестно вопрошает обиженный. Ходи до урядника! кричат ему. А и пойду! решает он. Стой, человіче! останавливает его цыган. Разорить меня хочешь? Разоряй! Давай мне три карбованца я твою лощадь назад віддам! Желаешь? Давай два! Желаешь? Ну, иди и жалуйся... Хохлу не особенно приятно тягать к ділу урядника, и он задумывается. Со всех сторон ему дают советы, но он остается глух и нем, решая что-то про себя. Наконец решил... Ну, от що, уныло говорит он цыгану, нехай бог тебя судит... Отдай мені моего коня, а два карбованці, що ты в придачу узяв, твои... Триста трясців тобі у боні грабь! И цыган ограбил его с таким видом, точно великую милость ему оказал. Догадливі люди! похваливали чоловіки цыган отходя от них. Деготь московский, атличный, фабричный, аккуратный, аппаратный, пахучий, тягучий! Шесть копеек кварта, пятнадцать четверть! возглашает черниговец, восседающий на телеге. Телега, бочка и сам торговец все это черно и жирно от дегтя и все двигается одной сплошной массой, распространяя вокруг себя характерный аромат. А, мабудь, и по пьять за кварту продадите? справляется у дегтярника чоловік в необычайно широких штанах и в соломенной шляпе на голове. Тпру-у! По пять не могу, хозяину на шесть копеек присягал... А, мабудь, можно по пьять? Никак... Эге... Зовсім не можно? Слушай, дядько, продам тебе по пять, не говори только никому... Не скажешь? Ни, не скажу... Ну, давай баклажку. На що? А на деготь! Та мені того вашого дегтя не треба, бо я вже купив... И теж по шість копіек и теж у вас... Я спросив вас за тім, що, мабудь, вы теперь дешевше віддаете цей деготь. Дегтярник молча отвертывается, трогает лошадь и едет между возов, возглашая о своем товаре... Чоловік провожает его взглядом и говорит другому, раскинувшемуся на возу: Коли б я не куповав кварты дегтя утром, була б в мэне копійка лишня у кишені... Эге ж... Жарко!