Народная сказка №199 — эпизод 3 из 4
Теперь я с вами один сражался; что же будет с вашим царством, как проснутся мои товарищи? Камня на камне не оставим, все по чисту полю разнесем!» Богатырь воротился к царевне, р…
Выбирайте народные и авторские сказки по возрасту, теме и традиции. У каждого текста сохраняются источник и история обработки.
Теперь я с вами один сражался; что же будет с вашим царством, как проснутся мои товарищи? Камня на камне не оставим, все по чисту полю разнесем!» Богатырь воротился к царевне, р…
Жили-были дед да баба, а у них был сын. Старику очень хотелось отдать сына в науку, чтоб смолоду был родителям на утеху, под старость на успокоение, а по смерти на помин души. Д…
На другой день Шпиль как ни в чем не бывало пришел в завод и говорит Власычу: — Фчера глядель тфой игральки. Ошень сапафни штук. Ошень сапафни. Сфари такой шталь польни тигель. …
Жили-были три козла, три лихие драчуна. Один жил на горке, другой -- под горой, третий -- возле речки, а посередине был лес, густой-прегустой. И повадились козлы каждый день в т…
Лет девять назад, как-то раз перед вечером, во время сенокоса, я и Петр Сергеич, исправляющий должность судебного следователя, поехали верхом на станцию за письмами. Погода была…
— Ты что не собираешься? Ревело ведь! — Ладно, без сборов. Отдохнем. — Что ты! Отказали? — Объявил вчера надзиратель — к расчету! Мать готова заплакать. Отец утешает. — Найдем ч…
Китайский судья Чин-Хо-Зан сталкивается с постоянной проблемой различия между гражданскими и уголовными делами. Его сыновья учатся в Европе, возвращаются с знаниями гражданского и уголовного права, и после объяснения судья понимает, что в гражданском деле трудно определить мошенника, а в уголовном — только один виновный.
Жил-был царь, у него было три дочери, да такие красавицы, что ни в сказке сказать, ни пером написать; любили они по вечерам гулять в своем саде, а сад был большой и славный. Вот…
Наши старики по Тагилу да по Невьянску тайность одну знали. Не то чтоб сильно по важному делу, а так, для домашности да для веселья глазу они рисовку в железо вгоняли. Ремесло з…
С той поры, с того времени совсем не свой сделался: и во сне и наяву только и думает, что о прекрасной стрельчихе; и ест — не заест, и пьет — не запьет, все она представляется! …
Жил-был старик; у старика был сын — славный сын; вздумал чего идти в дорогу, простился-благословился и пошел. Шел долго ли, коротко ли, скоро сказка сказывается, не скоро дело д…
Я Сапсан Тридцать Шестой — большой и сильный пес редкой породы, красно-песочной масти, четырех лет от роду, и вешу около шести с половиной пудов. Прошлой весной в чужом огромном…
Поспешно подошел и стал рассматривать камень. — По-русскому-то что будет? Надпись-то эта? — Зеркало феи Севера. Фея у них вроде лесной богини. — Так-так. Это он, стало быть, про…
Бывало-живало - в некотором царстве, в некотором государстве, у царя Ефимьяна было три сына: первый сын - Павел, второй сын - Федор и третий сын - Иван Запечный. Царь Ефимьян ст…
На другой день дома остался Иван Поваренко, а те на охоту поехали. Наварил обедать, сел на лавке и курит трубку — аж едет дед в ступе, толкачом подпирается, под ним ковета на се…
Ворон брызнул мертвой водою — тело срослось, съединилося; сокол брызнул живой водою — Иван-царевич вздрогнул, встал и говорит: «Ах, как я долго спал!» — «Еще бы дольше проспал, …
Три брата идут полесовать, убивают кого-то, сваривают кашу и едят. Старший брат спускается в берлогу медведя, но его убивает медведь, оставляя без головы. Братья обсуждают, что у старшего брата отсутствует голова, и средний брат спускается в берлогу, где он тоже убивается медведем, но его голова сохраняется. Младший брат в деревне спрашивает других охотников, и они убивают медведя.
Сидят раз старик со старухой на печке и разговаривают: — Хорошо бы, старик, как бы ты попом был, а я попадьей, житье-то хорошее бы было. — Вот еще что вздумала, какой я поп, ког…
Сидели раз старатели круг огонька в лесу. Четверо больших, а пятый парнишечко. Лет так восьми. Не больше. Федюнькой его звали. Давно всем спать пора, да разговор занятный пришел…
Возле моей комнаты была другая, в которой никто не жил. В сей последней стоял на окне ящик с землей, приготовленной для цветов. Земля была покрыта обломками обвалившейся с верху…
Против нашей Ильменской каменной кладовухи, конечно, по всей земле места не найдешь. Тут и спорить нечего, потому — на всяких языках про это записано: в Ильменских горах камни с…
В сказке четыре брата — Царенко Иван, Поваренко Иван и Сученко Иван — поселяются в доме под золотой крышей. Они встречают Белого Полянина, который убивает их брата, но после борьбы с ним Сученко Иван убивает змия и получает царевну. В конце все братья обвенчиваются с царевнами и живут счастливо.
В это время лисичка у самого камня тявкнула, ткнулась носом в землю, поднялась старушонкой сухонькой, да и говорит: — Эх, Айлып, Айлып, пустые слова говоришь! Силой да удачей по…
Лежит на поле лошадиный остов. Прибежала мышка-норушка и спрашивает: — Теремок-теремок! Кто в тереме живет? Никто не отзывается. Вот она и вошла и стала жить в лошадином остове.…
Собака, Лев, да Волк с Лисой В соседстве как-то жили, И вот какой Между собой Они завет все положили: Чтоб им зверей съобща ловить, И что́ наловится, всё поровну делить. Не знаю…
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был мужик. Пришло время - записали его в солдаты; оставляет он жену беременную, стал с нею прощаться и говорит: "Смотри, жена, ж…
У одного царя много лет содержался мужичок руки железны, голова чугунна, сам медный, хитрец был, важный человек. Сын царю1 Иван-царевич был маленький, ходил мимо тюрьмы. Этот ст…
У одного царя много лет содержался мужичок руки железны, голова чугунна, сам медный, хитрец был, важный человек. Сын царю Иван-царевич был маленький, ходил мимо тюрьмы. Этот ста…
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был Иван-царевич; у него было три сестры: одна Марья-царевна, другая Ольга-царевна, третья Анна-царевна. Отец и мать у них помер…
В Москве, в Сибирском приказе с радостью приняли дорогие камчатские меха, а когда Володимир сказал, что он мешок камчатской земли привез, так смеяться стали. — Зря, — говорит, —…