История

Штопальщик — эпизод 5 из 6

Вошел барин с этими поколотыми досточками и прямо кинул их в печку, а мне говорит: Одевайся, сейчас вместе со мною в коляске поедем, я счастье жизни твоей устрою. Иначе и тебя, …

9–131 версия
PDF

Штопальщик — эпизод 5 из 6

Вошел барин с этими поколотыми досточками и прямо кинул их в печку, а мне говорит: Одевайся, сейчас вместе со мною в коляске поедем, я счастье жизни твоей устрою. Иначе и тебя, и жену, и все, что у вас есть, как эти доски поколю. Я думаю: чем с таким дебоширом спорить, лучше его скорее из дома увести, чтобы жене какой обиды не сделал. Торопливо оделся, говорю жене: Перекрести меня, Машенька! и поехали. Прикатили в Бронную, где жил известный покупной сводчик Прохор Иваныч, и барин сейчас спросил у него: Какие есть в продажу дома и в какой местности, на цену от двадцати пяти до тридцати тысяч или немножко более. Разумеется, по-тогдашнему, на ассигнации. Только мне такой дом требуется, объясняет, чтобы его сию минуту взять и перейти туда можно. Сводчик вынул из комода китрадь, вздел очки, посмотрел в один лист, в другой, и говорит: Есть дом на все виды вам подходящий, но только прибавить немножко придется. Могу прибавить. Так надо дать до тридцати пяти тысяч. Я согласен. Тогда, говорит, все дело в час кончим, и завтра въехать в него можно, потому что в этом доме дьякон на крестинах куриной костью подавился и помер, и через то там теперь никто не живет. Вот это и есть тот самый домик, где мы с вами теперь сидим. Говорили, будто здесь покойный дьякон ночами ходит и давится, но только все это совершенные пустяки, и никто его тут при нас ни разу не видывал. Мы с женою на другой же день сюда переехали, потому что барин нам этот дом по дарственной перевел; а на третий день он приходит с рабочими, которых больше как шесть или семь человек, и с ними лестница и вот эта самая вывеска, что я будто французский портной. Пришли и приколотили и назад ушли, а барин мне наказал: Одно, говорит, тебе мое приказание: вывеску эту никогда не сметь переменять и на это название отзываться. И вдруг вскрикнул: Лепутан! Я откликаюсь: Чего изволите? Молодец, говорит. Вот тебе еще тысячу рублей на ложки и плошки, но смотри, Лепутан, заповеди мои соблюди, и тогда сам соблюден будеши, а ежели что... да, спаси тебя господи, станешь в своем прежнем имени утверждаться, и я узнаю... то во первое предисловие я всего тебя изобью, а во-вторых, по закону дар дарителю возвращается. А если в моем желании пребудешь, то объясни, что тебе еще надо, и все от меня получишь. Я его благодарю и говорю, что никаких желаниев не имею и не придумаю, окромя одного если его милость будет, сказать мне: что все это значит и за что я дом получил? Но этого он не сказал. Это, говорит, тебе совсем не надо, но только помни, что с этих пор ты называешься Лепутан, и так в моей дарственной именован. Храни это имя: тебе это будет выгодно.

Остались мы в своем доме хозяйствовать, и пошло у нас все очень благополучно, и считали мы так, что все это жениным счастием, потому что настоящего объяснения долгое время ни от кого получить не могли, но один раз пробежали тут мимо нас два господина и вдруг остановились и входят. Жена спрашивает: Что прикажете? Они отвечают: Нам нужно самого мусье Лепутана. Я выхожу, а они переглянулись, оба враз засмеялись и заговорили со мною по-французски. Я извиняюсь, что по-французски не понимаю. А давно ли, спрашивают, вы стали под этой вывеской? Я им сказал, сколько лет. Ну так и есть. Мы вас, говорят, помним и видели: вы одному господину под Новый год удивительно фрак к балу заштопали и потом от него при нас неприятность в гостинице перенесли. Совершенно верно, говорю, был такой случай, но только я этому господину благодарен и через него жить пошел, но не знаю ни его имени, ни прозвания, потому все это от меня скрыто. Они мне сказали его имя, а фамилия его, прибавили, Лапутин. Как Лапутин? Да, разумеется, говорят, Лапутин. А вы разве не знали, через что он вам все это благодетельство оказал? Через то, чтобы его фамилии на вывеске не было. Представьте, говорю, а мы о сю пору ничего этого понять не Могли; благодеянием пользовались, а словно как в потемках. Но, однако, продолжают мои гости, ему от этого ничего не помоглося, вчера с ним новая история вышла. И рассказали мне такую новость, что стало мне моего прежнего однофамильца очень жалко.